Schwarz Rabe
Моя удача тоже, конечно, та ещё дура. Вся в меня. (c) Неуловимый Хабба Хэн.
13.01.2013 в 13:52
Пишет айронмайденовский:

Вот как надо преподавать!!!!

13.01.2013 в 04:01
Пишет Сатори Ивадзику:

Напишите фанфик по "Анчару"
Огромное удовольствие получила, прочтя! И от души повеселилась.
А особенно рекомендую эту забавную во всех отношениях историю тем, кто хоть раз задавался вопросом: «Что же у этих фикрайтеров в головах творится?» ;)

20.01.2011 в 19:42
Пишет Ellaahn:
Это гениально!!!!
Фанфикшн в 11-ом "Б"
Асия Уэно

11-ый "Б" негодовал: Марь Иванна, учительница русского и литературы, задерживалась уже на пятнадцать минут, но вместо того, чтобы отпустить людей с занятия - последнего на сегодня - передала через двоечника Гошкина, чтобы сидели смирно и дожидались.
Наконец, русичка влетела в класс, задыхающаяся, раскрасневшаяся и с победным блеском в глазах. 11-ый "Б" сразу понял: быть сочинению.
- Прошу прощения, задержалась у завуча, но ради вашего же блага! - Марь Иванна шлёпнула на стол пухлую папку, тоже не предвещающую ничего хорошего. - Здравствуйте, друзья!
- Здра-асьте, Марь Иванна! - недружно отозвался класс.
- Предлагаю начать новую четверть с творческого задания!
- У-у-у... - хором взвыли будущие выпускники.
- Вам понравится, - лучезарно улыбнулась молодая и энергичная учительница, сама окончившая пединститут лет десять назад. - Сегодняшнее занятие посвящается модным тенденциям в литературе, - она ободряюще улыбнулась подопечным. - Поэтому сочинения не будет!
- Ура! - раздалось с задних парт.
- В привычном смысле слова, - тотчас же обломала весь кайф Марь Иванна и, ещё раз обежав учеников торжествующим взглядом, объявила. - Мы будем заниматься фанфикшном! Кто знает, что это такое? В сети фикрайтерство чрезвычайно популярно!
Класс притих. Если кто-то и был знаком с этим явлением, то признаваться не хотел - инициатива, как известно, наказуема. Причем на уроке литературы - в буквальном смысле.
- Ладно, - вздохнула Марь Иванна, не обнаружившая в глазах народа искры, способной возгореться во что-нибудь доброе и светлое. - Попробую объяснить. Предположим, прочли вы "Войну и Мир" Толстого, и роман оставил в вашей душе неизгладимый след...
"Уж оставил, так оставил!" - читалось в лицах учеников. Даже отличница Милашова, в своё время накатавшая десять страниц убористого текста про знаменитый монолог с дубом, уставилась в парту, машинально прокрашивая синей пастой чьё-то завистливое "Милка-зубрилка!"
- И решили вы написать, что было дальше, - продолжила учительница. - Как повернулась судьба Пьера Безухова, например...
- Или Андрея Болконского, - шепнул кто-то из задних рядов. - Наташа Ростова занялась вуду и воскресила его в виде зомби, а с ним и остальных павших на войне 1812 года - прикиньте, какой кипеж поднялся в рядах Наполеоновской армии?!
Марь Иванна, в силу профессиональной деформации сознания расслышавшая всё до последнего слова, внутренне возликовала. Чудесно! Метод начинает работать! Не зря пришлось преодолевать косность мышления Галины Альбертовны, завуча старой закалки, требующей инновационных методов в педагогике, но отвергающей любой, какой ни предложи!
- А почему бы и нет? - подняла она палец. - Вся прелесть фанфикшна в том, что ваше воображение безгранично! Слышите - без-гра-нич-но! Вы можете написать продолжение, альтернативную концовку или, к примеру, собственную трактовку происходящих событий. Добавить линию, которой вообще не было в повествовании, рассказать о происходящем "за кадром". Пожалуйста! Ввести авторского персонажа, которого не было в оригинале, и даже сделать его главным героем? Сколько угодно. Смешать две литературных вселенных воедино? Легко! Можете карать и миловать, убивать и оживлять... Единственное правило - знание канона (того произведения, по которому вы пишете фанфик) и умение оперировать родной речью. Уж последнему-то вы научились... в большинстве своём.
Помявшись, она зыркнула на галерку, где продолжался вечный морской бой между Махновским и Петькиным - смертельная битва, начало которой было положено еще в первом классе. Бороться с этой парочкой было бесполезно. Иногда эскадры сменялись точечками 'го' или примитивными крестиками-ноликами, но сути это не меняло: друзья-противники преодолели почти весь школьный курс, не отвлекаясь от глобальных стратегических целей. При этом вполне достойно вытянули большинство предметов на тройку. Сунь Цзы гордился бы ими, если бы только мог!!
- Так мы по "Войне и Миру" будем сочинение писать? - подняла руку Милашова.
- Увы, для некоторых это окажется непосильной задачей, - вздохнула учительница. - Как я говорила, хороший фикрайтер обязан знать канон от корки до корки. Поэтому условия будут несколько проще. Пожалуйста, раздайте по рядам!
Она вынула из папки стопку бумаги с распечатанным текстом - точнее, стихотворением - и положила её перед Милашовой, сидящей за первой партой у окна.
- Мы же это учили в первом классе! - воскликнул её сосед Белочкин, едва заглянув через плечо отличнице.
Белочкин слыл занудой и редкостным ботаном, причем последнее не отрицал, поскольку на биофак поступать и собирался.
- Прежде всего, не в первом, а гораздо позже, - отрезала Марь Иванна. - Во-вторых, уж тебе-то как будущему светилу естественных наук, я думала, тема окажется близка и понятна. А в-третьих, это идеальное произведение: короткое, хорошо всем известное и притом весьма неоднозначное. Оно даёт необходимый простор для фантазии в любом направлении. Давайте разберём хотя бы первое четверостишие, и вы сразу поймете, что я имею в виду! Все получили распечатки? Хорошо. Дьячкин, читай с выражением, ты умеешь!
Георгий Дьячкин встал, прочистил горло и глубоким, прекрасно поставленным голосом начал:
- В пустыне чахлой и скупой/На почве, зноем раскаленной...
- Дьячкин, ты не воскресный молебен читаешь, а стихотворение великого русского поэта! Меньше пафоса, больше смысла!
- Бог с вами, Марь Иванна, я проникаюсь... Анчар, как грозный часовой/Стоит - один во всей вселенной!
- Аминь, - дружно провозгласил класс. Чтец обиделся и умолк.
- Хорошо, хорошо, - вмешалась русичка. - Давайте разберем, о чём поведал нам Александр Сергеевич в лице Дьячкина. Кушакова?
Марина Кушакова не была круглой отличницей, как Милашова, но зато имела в классе репутацию человека рассудительного и логичного, не обделённого чувством юмора. Она встала, автоматически поправив воротник.
- Классик начинает повествование с образа пустыни, в которой произрастает Анчар, - подумав, завела она с интонациями профессионального гида. - Она жаркая, практически лишена растительности, и на этом безрадостном фоне выделяется огромное могучее дерево с ядовитой листвой зеленого цвета.
- Нет-нет, вперёд забегать не будем, - погрозила пальцем учительница. - Из первого четверостишия мы еще узнаём, что Анчар - нечто особенное, единственное в своем роде...
- Каменноугольный реликт! - оживился Белочкин. - С уникальными свойствами, которым люди не могли найти иного применения, кроме как...
"Йес, один готов", - мысленно поздравила себя молодая преподовательница.
- Сам ты реликт, - тем временем раздалось с задней парты. - Это Мировое Древо Игддрассиль, или как там его? Ну чё вы уставились, кино про викингов не смотрели? Они его в виде ясеня на щитах рисовали.
"Иногда Махновский поражает своей осведомленностью в совершенно неожиданных вещах", - подумала учительница.
- Не, - встрял Петькин, вечный оппонент Махновского - это какой-то анти-Игддрассиль получается. Баобаб тьмы, блин!
Когда класс отсмеялся, Дьячкин снова откашлялся.
- Читать дальше, Марь Иванна? Про то, как Господь создал его в День Гнева, и...
- Не господь, а эволюция, креационист ты наш! - вскинулся Белочкин и ткнул ручкой в текст, чуть его не порвав. - Природа жаждущих степей! При-рода, ты читать умеешь?
- Это метафора! - набычился Дьячкин.
- А описание биогеоценоза произрастания анчара ядовитого - тоже метафора? - хмыкнул будущий учёный. - К нему и птица не летит/И тигр нейдёт: лишь вихорь чёрный... Ох, а что делает амурский... или бенгальский тигр в пустыне чахлой и сухой? А, вот поэтому он и нейдёт! Всё логично, и научно обосновано, к тому же!
- И тем не менее я убеждён, - начал было Дьячкин, но добившаяся своего Марь Иванна резко хлопнула в ладоши.
- А ну-ка, живо прекратили конфликт науки и веры! Думаю, дальше стихотворение разбирать смысла нет, хотя... - она коварно улыбнулась, - дальше-то как раз и начинается действие, самое интересное. Итак, объявляю конкурс! Автор самого грамотного, а главное, неординарного фанфика по "Анчару" получит освобождение от всех сочинений в этой четверти. Дерзайте, друзья, и да прибудет с вами Муза! Времени у вас до завтра. Урок окончен!

Следующим вечером молодая учительница засела за творчество 11-го "Б", благоразумно закончив чаепитие до того, как её взгляд упал на первое произведение. Оно принадлежало руке Дьячкина и очень напоминало богословский трактат века эдак тринадцатого. Чего, наверно, и следовало ожидать...

Отец Георгий. День Гнева.
"... И грянул гром, и наступил День Гнева! Тогда изрёк Господь склонённым перед ним, рыдающим и вопиющим в пустыне:
- О вы, из порожнего любопытства сорвавшие плод с Древа Познания Добра и Зла - ныне изгоняетесь вы из рая, отравленные смертью во веки веков. Яд, что на губах ваших - да проникнет в кровь, и не будет от него спасения! И смертными родятся ваши дети, и потомки ваших детей. И будете по неведению творить зло, воюя меж собой, как тигры лютые бенгальские (слово "амурские было тщательно вымарано из текста";)... Ибо, окажись ваша вера сильна, не стали бы вы предаваться искушению, пытаясь объяснить то, что не должно понимать человеческому разуму..."
"В целом, мысль ясна и неплохо проработана, хотя стилизация оставляет желать лучшего", - подумала учительница, поспешно закрыв сей апокриф на Ветхий Завет и не заметив на последней странице постскриптума "Гори в аду, агностик Белочкин!"
Следующий фанфик принадлежал как раз юному биологу. Свою позицию тот обозначил ещё на уроке, но следовало проверить также грамотность и стиль.
Сергей Геннадьевич Белочкин. Морфология и физиология анчара ядовитого, карбонового реликта степных и пустынных ландшафтов, а также угроза существованию этого вида со стороны человека.
"Анчар ядовитый - высокое мощное дерево семейства эвкалиптовых, приспособленное к произрастанию в аридных условиях благодаря запасам влаги, имеющей смолистую консистенцию и содержащей естественные алкалоиды. Листовые пластинки анчара имеют особую структуру, поворачиваясь ребром к солнечному свету подобно листве его лекарственных сородичей.
Австралийский лес, или буш, редок и практически лишён подлеска, но анчар ядовитый способен произрастать в самых засушливых регионах Австралии, где дожди идут раз в несколько лет. Классик, подчёркивая, что пернатые облетают места произрастания анчара стороной, объясняет это явление токсичностью испарений смолы дерева. Должен заметить, в наши дни эта теория считается устаревшей. Причина избегания анчара птицами состоит в том, что анчар, оттесненный более биологически успешными сородичами-эвкалиптами в самые жаркие зоны южного континента, произрастает там, где птицам не найти достаточно влаги, чтобы остановиться во время сезонных миграций. По той же причине там нет и других растений - а следовательно, нет и корма для позвоночных.
Всё же во влажные годы именно анчары становятся точками формирования сначала зачаточных рощиц буша, а затем - настоящих природных оазисов, вскоре накапливающих воду в нужном количестве. Таково происхождение большинства лесов Австралии.
В связи с этим, а также в связи с высочайшей ценностью древесины и веществ, содержащихся в смоле анчара ядовитого, вызывает недоумение вопрос, почему власти допускают истребление этого уникального реликтового вида, не предпринимая никаких мер. К 2000 году сохранились считанные экземпляры данного дерева, и виной тому - человек. Издавна аборигены, забредавшие в сердце пустыни при охоте на ископаемого саблезубого сумчатого тигра..."
"Станет академиком, не иначе", - расчувствовалась Марь Иванна. - "Толковый паренек, так много написал! Наверно, стоит его и поощрить. К тому же, читать псевдонаучные опусы ещё целую четверть... Нет!"

Произведение, открытое следом, заставило молодого педагога усомниться в только что принятом решении. Вместо фамилии был проставлен псевдоним, впрочем, легко разгадываемый.

Михаэль Педрос. Баобаб Тьмы. Эпическая фэнтези, том первый.
"...Войска Короля-Некроманта стояли на границе Пустыни Жмур, и наконечники стрел многотысячной рати его скелетов-стрелков смотрели на север, жирно отблескивая чем-то чёрным, смердящим даже на расстоянии.
- Великий Кром, это же яд анчара! - воскликнул Конан, релаксирующе помахивая своим верным боевым топором.
- Боишься, варвар? - взметнулись брови скачущей с ним амазонки.
Вместо ответа Конан сгреб деву вместе с конем в охапку и жадно её поцеловал (вместе с конем - вымарано) в губы, раскрытые в преддверии схватки.
- Тогда вперёд, мой герой! - воскликнула она и взмахнула боевой косой, длинной и рыжей. - Пока последний Баобаб Тьмы не будет порублен на дрова, эпопея не закончится!
Рука об руку они двинулись на бесчисленное войско мертвецов.
Их главный враг собирался дать безмолвный сигнал к атаке - с прислужниками он не церемонился и всегда общался мысленно - но почему-то передумал. Глядя на парочку, врубающуюся в сумятицу боя, как будто они бессмертны, Аль-Хазред почувствовал, что сходит с ума..."

- Как художественно! - воскликнула Марь Иванна. - Петькин жжот! Так, а каковы успехи господина Махновского, его вечного спутника и противника?
С этими словами она порылась в охапке фанфиков, пока один, под вышеупомянутой фамилией, не привлёк её внимания. Он занимал всего одну страницу.
"Креативно..." - осторожно подумала она спустя некоторое время, потребовавшееся, чтобы расположить рисунок правильно.
"Оригинально", - решила она минуту спустя, прочитав все реплики героев комикса.
"Гениально!" - лаконичность исполнения всё-таки покорила строгого критика.
Рисованные истории, снабжённые краткими репликами и поясняющими заметками, повествовали о вечном странствии души по ветвям Всемирного Ясеня, каждая из которых представляла отдельный мир, населенный двойниками. В одном грозный повелитель отдавал рабу приказ добыть волшебный мед дерева Анчар, смертельно опасный для того, кто себялюбиво вкусит его, нарушив запрет Одина, а в другом сам принимал страдания, повесившись на Анчаре и приколов себя копьем. По стволу бегала гигантская саблезубая белка, изрядно смахивающая на тигра в бенгальских огнях. Техника рисунка отличалась простотой, но, вместе с тем, выразительностью - так же, как и некоторые реплики. Особенно того, приколовшегося повисеть...
Работа была без заголовка.

Зато следующая оказалась не просто с заголовком ("Идущему на смерть";), а с предисловием автора!
"Уважаемая Мария Ивановна", - писала отличница Милашова, - "всю ночь я не смыкала глаз, очень заинтересовавшись явлением фанфикшна и решив узнать о нем больше через Интернет. Оказывается, существуют целые фэндомы, посвященные таким произведениям, как "Властелин Колец" или "Гарри Поттер". Как много я упустила! Мне очень нравится ГП, и я прочла десять самых высокорейтинговых работ, чтобы получить представление о том, какими должны быть идеальные фанфики. Надеюсь, написала всё правильно, я очень старалась!
P.S. Пожалуйста, не зачитывайте мой фанфик перед классом, я ещё стесняюсь!"
Углубившись в историю, изложенную красивым, с правильным наклоном, почерком Милашовой, молодая учительница сначала вспыхнула, затем побледнела, после чего мир померк перед её глазами - но, увы, ненадолго. Очнулась она с тетрадкой на коленях - Милашова, как всегда, накатала целую повесть, выделив под это дело отдельную тетрадь. А потом будет допытываться, каковы недостатки композиции и стиля... Придётся идти до конца!
"...- Господин, я снова готов исполнить любое ваше повеление! - гибкий юноша-невольник со шрамом на лбу склонился перед высоким золотоволосым блондином, одетым в богато расшитую чёрную мантию. Тот был немногим старше своего раба и дьявольски красив. Тонкие, но чувственные губы изогнулись в презрительной усмешке. Лорд Люциус изучил магию настолько искусно, что отдавал приказы взглядом, а уж удостаивать словами какого-то жалкого очкарика...
"Снейп будет рад избавиться от него", - подумал Малфой. - "В конце концов, идея добыть ингредиенты для Великого Отравляющего Зелья принадлежала именно профессору, я только предложил кандидатуру..."
- Так я могу идти, милорд? - смиренно спросил Гарри.
Эти смелость и напористость привлекли внимание аристократичного блондина. Он сделал небрежный жест, и, когда раб подошёл, взял его подбородок в ладони, крепко, но с нежностью, удивившей его самого.
- Я не могу отпустить тебя на верную смерть, - хрипло пробормотал он. - Ты стал мне слишком дорог, Гарри Поттер!
Их губы встретились, но прежде чем отдаться страсти, Люциус успел взмахнуть волшебной палочкой и воскликнуть "Slashificantum!", испепеляя всё, что было на них надето, и тогда..."
...и тогда бедная русичка снова потеряла сознание.
Впоследствии, придя в себя и быстро захлопнув коварную тетрадь, она заметила на обложке пометку NC-21 и всё поняла, но было поздно.
"Отдам ей победу", - лихорадочно шептала она, перебирая непрочитанные работы, - "как пить дать, отдам! Всё, что угодно, лишь бы никогда больше не читать такого! Всё, что угодно!"
"Любое ваше повеление", - эхом отозвалось у неё в голове, и чтобы забыться, она открыла новый фанфик.

Кушакова Марина, "Уно моменто - мори мементо!"
"Папа Карло критически осмотрел новую поставку пиломатериалов.
- Какая странная нынче пошла сосна, - пробормотал он, но взялся за рубанок, напевая веселую неополитанскую песенку про двух влюбленных, которых пучина поглотила в один момент, поскольку есть только миг между прошлым и будущим, а они за него успели не всё. Но, едва он хорошенько примерился, как получил чувствительный укол в запястье.
- Ой! - вскрикнул столяр.
- Ай! - скрипнуло полено.
Папа Карло решил, что за работой больше - ни-ни! Но было поздно, сделанного не воротишь, накосяченного не выкосячишь.
- Быстрее принимайся за дело! - скомандовало полено. - У тебя мало времени!
- Поверь, у меня целая вечность, - огрызнулся Папа Карло, промакивая место укола рукавом.
- А я - смертельно ядовитое полено анчара, так что времени у тебя почти не осталось, - едко сообщила деревяшка. - Режь быстрее, иначе будет некому искать Золотой Корень, исцеляющий все болезни и выводящий из организма токсины и шлаки!
Папа Карло вовремя вспомнил о своем застарелом циррозе печени и согласился. Почему бы и нет? Панацею многие ищут.
- Ты кем хочешь быть, мальчиком или девочкой? - спросил он спустя некоторое время.
- Я ещё не определилось, - кокетливо протянуло полено, чем и предрешило свою судьбу: рука мастера соскользнула в самый ответственный момент.
- Будешь мне дочкой, назову Буратиной, - гордо объявил Папа Карло.
- Анчариной, - поправила будущего отца заготовка. - Тогда волосы строгай подлиннее, подлиннее! И нос переделай немедленно! А где грудь? Ты что, успел стесать мне всю грудь?!
- Ничего, дочка, что-нибудь придумаем, - успокаивал безутешную Анчарину Папа Карло. - Сделаем накладную и посадим на столярный клей. Но только не сейчас, а лет через пять, а то и десять... Нам раннее созревание ни к чему!
- Так может, сделаем ещё что-нибудь накладное? - оживилась кукла.
- А вот это уже извращение, - отрезал Папа Карло... и голова несостоявшейся дочери, стуча, покатилась по полу.
Человек, вздохнув, утёр с лица пот, отхлебнул из бутылки с морилкой (лучшее противоядие!) и шагнул прочь из пентаграммы.
Не любил Великий Магистр Карлос фон Гугенхайм слишком нахальных гомункулов".

Марь Иванна утёрла слёзы. С одной стороны, довольно остроумно, с другой - все эти намёки на косяки, алкоголь, накладные органы и расчлененку... Постмодернизм в чистом виде! Пускай девочка пишет дальше, работает над собой. Может, ещё что-нибудь сочинит.
Ознакомившись с другими творениями, учительница отметила для себя 'Анчар: сто способов похудеть', как довольно подробное руководство к действию, и так постепенно дошла до последнего. Автором оказался двоечник Гошкин, который из всей русской поэзии знал разве что 'У попа была собака', да и то не целиком. Осилил ли он 'Анчар', и что из него понял, было загадкой.
"Пестня пра ёлачку", - без особого удивления прочла она заголовок. Стихи, тем не менее, были вполне себе грамотно написаны - точнее, переписаны, потому что оказались плагиатом с первого до последнего слова. А если совсем уж точно, это сначала Марь Иванна подумала, что до последнего...

В лесу родилась елочка,
В лесу она росла,
Зимой и летом стройная,
Зеленая была.

Метель ей пела песенку:
"Спи, елочка, бай-бай!"
Мороз снежком укутывал:
"Смотри, не замерзай!"

Трусишка зайка серенький
Под елочкой скакал.
Порою волк, сердитый волк,
Рысцою пробегал.

Чу! Снег по лесу частому
Под полозом скрипит.
Лошадка мохноногая
Торопится, бежит.

Везет лошадка дровенки,
А в дровнях мужичок.
Срубил он нашу елочку
Под самый корешок.

Теперь она, нарядная,
На праздник к нам пришла
И много-много радостей
Детишкам принесла...

Но Вышшей Кармы калесо
Нильзя астановить,
И деревдце невиное
Рубить - сибя губить!

Ведь в миг, кагда в ночи глухой
Смерть ёлачку взила -
В пустыне, чахлой и скупой,
Праснулось семя зла...

Извечно ровновесие
Добра и тёмных чар:
Так вместа каждой ёлачки
Рождаецца Анчар!

- И ты, Гошкин... - слабо простонала Марь Иванна. Если закрыть глаза на огрехи орфографии - такого экологически чистого выверта сознания она от двоечника не ожидала.
На следующий день весь 11-ый "Б" получил освобождение от сочинений на новую учебную четверть. Только Марь Иванну это не спасло. От чего? Ну, конечно же, от председательства в новом школьном клубе "Анчар", посвященном модному направлению в литературе...
Зато Галина Альбертовна, завуч, осталась очень довольна!

7.01.2010
URL записи

URL записи

URL записи